ВЕСТНИК ЕКАТЕРИНБУРГСКОЙ ДУХОВНОЙ СЕМИНАРИИ. 2022. № 38

Читать номер целиком



РАЗДЕЛ I. ИССЛЕДОВАНИЯ



БОГОСЛОВИЕ


Cвященник А. В. Кретов, С. В. Панченко
Priest Andrey V. Kretov, Sergey V. Panchenko
АУТЕНТИЧНОСТЬ ЧИНОПОСЛЕДОВАНИЯ ЛИТУРГИИ АПОСТОЛА ИАКОВА В СЛАВЯНСКОЙ РУКОПИСИ ПОГ. 298 И ЕЕ УСТАВНЫЕ РУБРИКИ
The Authenticity of Order of the Liturgy of Saint James in the Slavonic Manuscript of Pogodin 298, and Its Statutory Directions

Аннотация (Abstract)

Литургия апостола Иакова известна во множестве рукописей IX–XII вв. и их копий XV–XVII вв. Название восходит к первому епископу Иерусалима — апостолу от 70-ти Иакову. Литургической науке доподлинно неизвестно, когда это чинопоследование стало переводиться на славянский язык, однако сохранившиеся наиболее ранние славянские богослужебные сборники с Литургией апостола Иакова содержат греческий чин XI–XII вв. Одна из таких рукописей с полным чинопоследованием Литургии апостола Иакова рассмотрена в статье. Это сборник Российской национальной библиотеки Погодинского собрания (ф. 588), под номером 298, XVI в., который до сих пор не опубликован и недоступен широкому кругу исследователей. В статье проводится сравнение Погодинской рукописи с древнейшей грузинской редакцией Литургии апостола Иакова и анализируются ее уставные рубрики. Цель настоящей работы — осветить для широкого круга исследователей аутентичность ранней славянской рукописи, содержащей текст Литургии апостола Иакова, и показать особенность ее уставных действий. Изучение представленного в исследуемой рукописи текста Литургии позволяет по-новому взглянуть на этот апостольский чин в славянском переводе и актуализирует вопрос его служения сегодня.

Нами проведены сравнение двух источников, полный анализ славянской рукописи с выяснением ее уставных указаний и их описание. В результате исследования были сделаны выводы об аутентичности славянской рукописи. В табличном виде была приведена и сопоставлена структура критического текста С. Верхельста (по древнейшим грузинским рукописям) с Пог. 298. Было выяснено, что структура совпадает в анафоральной части Литургии, имеет большую часть сходного в других и сильно различается в «подготовительных» частях, когда священник молится или перед началом Литургии, или перед Причащением. Тщательное исследование славянской рукописи позволило рассмотреть ее уставные указания. Последние встречаются редко, однако «дополняются» надписаниями и содержанием молитв, что позволяет представить общую картину совершения Литургии с незначительными лакунами. Наконец, из структурно-сравнительного анализа нами был сделан вывод о принадлежности славянской рукописи к традиции XI–XII вв.
The Liturgy of Saint Apostle James is well known in many manuscripts of the 9th–12th centuries, and their copies of the 15th–17th centuries. The name goes back to the first bishop of Jerusalem — James, an apostle of the Seventy. Liturgical science does not know for certain when this liturgy order began to be translated into the Slavic language, but the earliest surviving Slavic liturgical collections of Apostle James contain the Greek order of the 11th–12th centuries. One of these manuscripts with full rites of the Liturgy of Apostle James is discussed in this article. This is a 16th-century compilation of the Russian National Library of the Pogodin collection (Fund 588), No. 298, which has not been published so far and still inaccessible to a wide range of researchers. The article compares the Pogodin manuscript with the most ancient Georgian version of the Liturgy of Apostle James, and also analyzes its statutory headings. This work is to illuminate the authenticity of the early Slavic manuscript and show the peculiarity of its statutory actions for a wide range of researchers. Studying this manuscript allows to take a fresh look at this apostolic Order in the Slavic translation and to actualize the issue of its usage today. The researchers compared the two sources, having conducted a complete analysis of the Slavic manuscript with the clarification of its statutory instructions and their description. The research results have led to the important conclusions about the authenticity of the Slavic manuscript. The structures of the critical text of S. Verhelst (according to the most ancient Georgian manuscripts) and Pog. 298 were compared and given in a tabular format. It is found that the structures coincide in the anaphoral part of the Liturgy, have many similarities in others, and differ greatly in the “preparatory” parts, when the priest prays either before the beginning of the Liturgy, or before Communion. A comprehensive review of the Slavic manuscript has made it possible to scrutinize its statuary guidelines. The latter are rare, however, supplemented with records and content of the prayers, which allows one to present an overall picture of performing the Liturgy with minor gaps. Finally, on the basis of a structural-comparative analysis, it is concluded that the Slavic manuscript belongs to the tradition of the 11th–12th centuries.

Ключевые слова (Keywords)

литургика, Литургия апостола Иакова, литургический чин, иерусалимская литургическая традиция, апостольские литургии.
Liturgy, liturgy of Saint James, liturgical Order, Jerusalem liturgical tradition, apostolic liturgies.

Читать статью


Священник В. В. Баган
Priest Vladislav V. Bagan
СТАНОВЛЕНИЕ БОГОСЛОВСКОЙ ДИСЦИПЛИНЫ «КАНОНИЧЕСКОЕ ПРАВО» В РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ В XIX в.
Formation of the Theological Discipline “Canon Law” in the Russian Orthodox Church in the 19th Century

Аннотация (Abstract)

Статья представляет ретроспективный взгляд на феномен преподавания и изучения богословской дисциплины «каноническое право» в Русской Православной Церкви в XIX в. Работа демонстрирует эволюцию методов и подходов в рамках канонического права в указанный период. История научной дисциплины «каноническое право» может быть разделена на несколько стадий, растянутых на протяжении всего XIX в. Исходный этап развития канонического права как богословской дисциплины в Российской империи падает на начало XIX столетия. В это время каноническое право развивается как учебная дисциплина и органичная часть свода богословских наук. В статье описаны институциональные изменения в области высшего духовного образования, связанные с преподаванием богословской дисциплины «каноническое право». На данном этапе развития науки монографии и учебные пособия по каноническому праву создавались профессорами богословия и представителями духовного сословия. Каноническое право, как богословская дисциплина, считалось производным от христианского вероучения, догматического богословия. Лишь в дальнейшем оно стало объектом научных исследований светских юристов и правоведов. Первоначальный период становления богословской дисциплины «каноническое право» характеризуется изучением области источников церковного права. Также этому периоду свойственны были первые попытки построения системы канонического права, выявления методологии этой богословской дисциплины. Богословское направление учебной дисциплины «каноническое право» предполагало, что центральной тематикой будет проблематика правового статуса Церкви, ее отношений с государством, обществом, социальными институтами. Представители богословского направления канонического права центрирующей считали богословскую проблематику, воплощенную в формате законов (отсюда популярный термин в XIX в. — «церковное законоведение»). В заключение статьи представлена сложность и актуальность указанной проблематики при изучении канонического права на современном этапе. Прослеживается изменение тематических приоритетов и ведущих исследовательских областей в процессе развития канонического права как богословской дисциплины на протяжении XIX в.
The article presents a retrospective look at the phenomenon of teaching and studying the theological discipline “Canon Law” in the Russian Orthodox Church in the 19th century. The work demonstrates the evolution of methods and approaches within the “Canon Law” in the specified period. The history of the scientific discipline of “Canon Law” can be divided into several stages, stretched throughout the 19th century. The initial stage of development of “Canon Law” as a theological discipline in the Russian Empire falls on the early 19th century. At this time, “Canon Law” develops as an academic discipline and integral part of the body of theological sciences. The article describes institutional changes in the field of higher theological education related to the teaching of the theological discipline of “Canon Law”. At this stage of the development of the science, monographs and textbooks on “Canon Law” were created by professors of theology and representatives of the clergy. As a theological discipline, “Canon Law” was considered to be derived from the Christian doctrine, dogmatic theology. Only later did “Canon Law” become the object of scientific research by secular lawyers and jurists. The initial period of the formation of the theological discipline of “Canon Law” is characterized by studying the field of sources of the church law. Also, this period was characterized by the first attempts to build a system of “Canon Law”, to identify the methodology of this theological discipline. The theological direction of the academic discipline “Canon Law” assumed that the central topic would be the problems of the legal status of the Church, its relations with the state, society, and social institutions. Representatives of the theological direction of “Canon Law” considered the theological problems embodied in the format of laws to be central (that implied an emergence of the popular term in the 19th century — “Church Jurisprudence”). In conclusion, the article presents the complexity and relevance of this issue in the present study of Canon Law. The author traces the changes in thematic priorities and leading areas of research in the development of Canon Law as a theological discipline throughout the 19th century.

Ключевые слова (Keywords)

церковное право, каноническое право, система церковного права, источник церковного права, наука церковного права, богословская дисциплина, Российская империя.
Church law, canon law, system of church law, source of church law, science of church law, theological discipline, Russian Empire.

Читать статью


А. А. Фокин
Alexander A. Fokin
ДОГМАТИЧЕСКОЕ БОГОСЛОВИЕ МИТР. МАКАРИЯ (БУЛГАКОВА) И ИНОКОНФЕССИОНАЛЬНОЕ БОГОСЛОВИЕ: СВЯЗЬ И ОППОЗИЦИЯ
Dogmatic Theology of Metropolitan Macarius (Bulgakov) and Theology of Other Confessions: Connection and Opposition

Аннотация (Abstract)

Статья посвящена исследованию догматических трудов митр. Макария (Булгакова) в отношении критики и рецепции им иноконфессионального богословия. Догматические труды преосвященного Макария занимают особое место в дискуссиях о западном влиянии на русское богословие. С одной стороны, он был крупнейшим представителем академической традиции, автором классических догматических произведений, ставших дидактическими руководствами для нескольких поколений русских богословов. С другой стороны, труды митр. Макария (Булгакова) не раз подвергались критике в связи с возможным заимствованием идей у западных авторов. Все эти мнения, однако, оставались утверждениями по умолчанию, без конкретного исследования текстов митр. Макария (Булгакова), что призвана исправить настоящая статья. Фокус статьи направлен на выявление в богословском наследии архипастыря западнохристианской традиции, для чего были описаны и проанализированы все прямые ссылки митр. Макария (Булгакова) на современные ему работы западных систематических богословов. Статья разделена на три смысловые части. В 1-й части рассматриваются прямые ссылки митр. Макария (Булгакова) на католические догматические произведения, во 2-й — на протестантские догматики и, наконец, 3-я часть посвящена обзору ссылок митр. Макария (Булгакова) на недогматические труды католических и протестантских авторов. В выводах выделяются тенденции и особенности использования митр. Макарием (Булгаковым) западных авторов, подчеркивая обширность иноконфессионального материала, которым митр. Макарий владел. При этом характер ссылок указывает, что преосвященный Макарий был основательно знаком с этими авторами, а не просто слышал о них. Круг используемых преосвященным Макарием (Булгаковым) авторов широк в смысле представления палитры направлений в католическом и протестантском богословии XVIII–XIX вв. и не ограничивается лишь неосхоластическими авторами, что ранее неоднократно упоминалось в исследовательской литературе.
The article focuses on the study of the dogmatic works of Metropolitan Macarius (Bulgakov) in relation to his criticism and reception of theology of other confessions. The dogmatic works of Metropolitan Macarius have a special place in the discussions about Western influence on Russian theology. On the one hand, he was one of the greatest representatives of the theological academic tradition and the author of classical dogmatic works which became didactic manuals for following generations of Russian theologians. On the other hand, his works got controversial assessments of contemporaries and descendants because of the ideas probably borrowed from the Western theology. All these opinions, however, remain statements without a concrete study of the texts of Metropolitan Macarius (Bulgakov), which this article is intended to correct. The article is thus aimed at identifying the Western Christian tradition in the theological heritage of Metropolitan Macarius. For this purpose, all the direct references of Metropolitan Macarius to the contemporary works of Western systematic theologians are described and analyzed. In the first part of this article the author deals with direct references of Metropolitan Macarius to Catholic dogmatic works, in the second — to Protestant dogmatic works, and finally the third part is devoted to a review of Macarius’ references to non-dogmatic works of Catholic and Protestant authors. The conclusions highlight the tendencies and features of the use of authors of other confessions by Metropolitan Macarius and emphasize the vastness of the material which Metropolitan Macarius was familiar with. At the same time, the nature of the references indicates that Metropolitan Macarius was thoroughly familiar with these authors, and not just heard about them. The range of the authors used by Macarius is wide in the sense of representing the palette of trends in Catholic and Protestant theology of the 18th–19th centuries and is not limited to only neo-scholastic authors, as has been repeatedly mentioned in the research literature.

Ключевые слова (Keywords)

митрополит Макарий (Булгаков), русское догматическое богословие, схоластика, немецкое католическое богословие, немецкое протестантское богословие, католическая Тюбингенская школа.
Metropolitan Macarius (Bulgakov), Russian dogmatic theology, Scholasticism, German Catholic theology, German Protestant theology, the Catholic Tübingen school.

Читать статью


А. О. Титова
Anna O. Titova
ЛЮБОВЬ, ДАРУЮЩАЯ РАЗУМЕНИЕ: К ВОПРОСУ О БОГОПОЗНАНИИ В БОГОСЛОВИИ А. С. ХОМЯКОВА И ЕГО ОТНОШЕНИИ К ИНОСЛАВИЮ
Love That Gives Understanding: On the Question of the Сognition-of-God in the Theology of A. S. Khomyakov and His Attitude to Non-Orthodoxy

Аннотация (Abstract)

Статья посвящена прояснению одного из аспектов понятия «любви» в богословии А. С. Хомякова, а именно тому, как Алексей Степанович соотносит любовь и познание, какую роль первая играет в последнем. Поводом к постановке этого вопроса стало высказывание А. С. Хомякова об отсутствии любви в западном христианстве, что, с его точки зрения, стало подлинной причиной догматических заблуждений инославия. О какой любви идет речь, как она или ее отсутствие проявляются?

Связь любви и познания заключается в субъекте (бого)познания. Таким субъектом, по А. С. Хомякову, может быть только целокупная Церковь, а не отдельный человек или выделенная группа и созидается он только любовью как Божественным даром. В этом состоит и смысл понятия «соборность Церкви». В исторической реальности такое сущностное устроение Церкви проявляется в соборном устройстве Православной Церкви.

Разное понимание субъектов богопознания кладется А. С. Хомяковым в основу конфессионального различения. А отсутствием любви он называет именно отсутствие соборного — созидаемого любовью — субъекта богопознания. Для лучшего понимания и уточнения мысли А. С. Хомякова в статье проводится сопоставление с католическим богословом И. А. Мёлером и его учением о епископе как персонификации любви христиан, отмечается общее обоим авторам романтическое понимание любви как силы единения. Несомненное сходство имеют пневматологические экклезиологии обоих авторов: понимание ими Предания как «наследия внутренней жизни», соборности как особого рода единства, созидаемого любовью, даруемой Святым Духом.

Также отмечается важность для экклезиологических взглядов А. С. Хомякова его отношения к свободе. Принципиальна для дискурса А. С. Хомякова противоположность механического и органического, определяемого извне и изнутри, однозначно определяемого и не подлежащего такому определению. Это непосредственно сказывается в устроении Церкви, вносит временное измерение в определение соборности.
The article is aimed at clarifying one of the aspects of the “love” concept in Khomyakov’s theology, namely, how Alexey Stepanovich correlates love and cognition, and what role the former plays in the latter. The occasion for raising this question was Khomyakov’s statement about the lack of love in Western Christianity, which, from his point of view, had become the real reason for the dogmatic errors of non-Orthodoxy. What kind of love are we talking about, how does it or its absence manifest itself?

Love and cognition meet in the subject of cognition-of-God. According to A. S. Khomyakov, such a subject can only be a whole Church, and not an individual or a special group, and it is created only by love as a divine gift. This is the meaning of the concept of “catholicity” (sobornost) of the Church. In historical reality, such an essential structure of the Church is manifested in the conciliar structure of the Orthodox Church. The different understanding of the subjects of the knowledge of God is put by A. S. Khomyakov as the basis of confessional distinction. And he calls the absence of love precisely the absence of a catholic — created by love — subject of the knowledge of God. For a better understanding and clarification of A. S. Khomyakov’s thought, the author compares it with the Catholic theologian J. A. Moehler’s teaching about the bishop as the personification of Christian love, and notes the “romantic” understanding of love as a force of unity shared by both the theologians. The pneumatological ecclesiologies of both authors have an undoubted similarity: their understanding of Tradition as the “heritage of inner life”, catholicity as a special kind of unity created by love bestowed by the Holy Spirit. Khomyakov’s attitude to freedom is also noted as the important factor for his ecclesiological views.

Fundamental to A. S. Khomyakov’s discourse is the opposite of the mechanical and organic, defined from the outside and from the inside, unambiguously defined and not subject to such definition. This directly affects the organization of the Church, introducing a temporal dimension to the definition of catholicity.

Ключевые слова (Keywords)

А. С. Хомяков, И. А. Мёлер, любовь, экклезиология, инославие, богопознание, соборность.
A. S. Khomyakov, J. A. Moehler, love, ecclesiology, non-Orthodoxy, knowledge of God, catholicity, sobornost.

Читать статью


Н. Н. Павлюченков
Nikolai N. Pavliuchenkov
К ВОПРОСУ О ЗНАЧЕНИИ ТРУДОВ И. В. КИРЕЕВСКОГО ДЛЯ ФИЛОСОФСКО-БОГОСЛОВСКОГО ОСМЫСЛЕНИЯ МЕТАФИЗИКИ ВСЕЕДИНСТВА
On the Question of Significance of the Works of I. V. Kireyevsky for the Philosophical and Theological Understanding of the Metaphysics of Pan-Unity

Аннотация (Abstract)

В статье рассматривается творческое наследие И. В. Киреевского в контексте проблемы влияния философии Ф. В. Шеллинга на отечественные концепции «цельного знания» и всеединства и распространения этих концепций на область богословия. Важность разработки данной темы обоснована фактом восприятия идей Ф. В. Шеллинга и И. В. Киреевского Владимиром Соловьёвым, творчество которого оказало существенное воздействие не только на философскую, но и на богословскую мысль в России в конце XIX — начале ХХ вв. Отмечается, что И. В. Киреевский на позднем этапе своего творчества пытался следовать учению св. отцов, сохраняя при этом некоторые заимствованные у Ф. В. Шеллинга позиции. В основу своего проекта «цельного знания» и новой «науки философии» он положил представление о таком развитии человеческого разума, которое постепенно приводит к осмыслению догматических истин христианства. По замыслу И. В. Киреевского, святоотеческое богословие должно быть отрефлексировано в соответствии с современным уровнем развития человеческого разума. Как и Ф. В. Шеллинг, И. В. Киреевский придал понятию «личность» метафизическое значение, а учение Ф. В. Шеллинга о развитии и становлении Божественных Личностей переосмыслил и разработал по отношению к человеку. По мнению автора, влияние концепций Ф. В. Шеллинга представляется несомненным в учении И. В. Киреевского о таком отпадении человека от первоначальной «цельности», за которым следуют эволюционный процесс преодоления внутреннего разлада и становление в человеке полноценной личности. Автор статьи полагает, что труды И. В. Киреевского имели большое значение для последующего развития «богословского персонализма» и богословского осмысления метафизики всеединства в конце XIX — начале ХХ вв.
The article examines literary heritage of I. V. Kireyevsky in the context of influence of F. W. Schelling’s philosophy on the domestic concepts of “whole knowledge” and pan-unity. The problem of spreading these concepts in the area of theology is also examined. The importance of development of this theme is rationale for the fact of perception of ideas of F. V. Schelling and I. V. Kireyevsky by Vladimir Solovyov, whose work had a significant impact on both philosophical and theological theories in Russia of the late 19th — early 20th centuries. It is noted that on the late stage of his work I. V. Kireyevsky tried to follow the teaching of Holy Fathers while borrowing some positions from F. V. Schelling. As the basis of his project of “whole knowledge” and new “science of philosophy” he took an idea about such development of human reason that would gradually result in the comprehension of dogmatic truths of Christianity. As envisioned by I. V. Kireyevsky, patristic theology should be rethought in accordance with the modern level of development of human reason. He also gave a concept of “personality” a metaphysical value, as well as F. V. Schelling did. I. V. Kireyevsky rethought and developed the teaching of F. V. Schelling about development and formation of Divine Personalities in relation to a man. The author affirms that the influence of conceptions of F. V. Schelling appears undoubted in the teaching of I. V. Kireyevsky about man’s falling off from the original “wholeness” and further overcoming of internal discord with following formation of a man of valuable personality.

The author of the article has suggested that works of I. V. Kireyevsky mattered very much for the subsequent development of “theological personalism” and theological comprehension of the metaphysics of pan-unity in the late 19th and early 20th centuries.

Ключевые слова (Keywords)

И. В. Киреевский, Ф. В. Шеллинг, «цельное знание», философия, богословие, личность, развитие.
I. V. Kireyevsky, F. V. Schelling, “whole knowledge”, philosophy, theology, personality, development.

Читать статью


ИСТОРИЯ ЦЕРКВИ И АРХЕОГРАФИЯ


Иеромонах Корнилий (А. А. Зайцев), А. В. Печерин
Hieromonk Korniliy (Alexei A. Zaytcev), Andrei V. Pecherin
ПРЕДСТАВИТЕЛИ ТАМБОВСКОГО ДУХОВЕНСТВА В ЕКАТЕРИНБУРГСКОЙ ЕПАРХИИ В XIX — НАЧАЛЕ ХХ в.
Representatives of the Tambov Clergy in Ekaterinburg Diocese in the 19th — Early 20th Century

Аннотация (Abstract)

Екатеринбургская епархия имеет тесные исторические связи со многими епархиями Русской Православной Церкви. Одним из наиболее значимых эпизодов подобного взаимодействия стало переселение духовенства из Европейской части России на Урал, осуществлявшееся в 30-х гг. XIX в., организованное архиепископом Аркадием (Фёдоровым). Из сменивших тогда место служения клириков большинство были выходцами из Владимирской и Рязанской епархий, но в общей массе переселенцев довольно заметное место занимали и священнослужители Тамбовской епархии. Добавим, что последние неоднократно переселялись на территорию Екатеринбургской епархии и в дальнейшем.

Интересно, что Тамбовщина начала осваиваться русскими лишь в XVII в., то есть даже несколько позже, чем Урал, однако самостоятельная Тамбовская епархия была основана уже в 1682 г. — на два века раньше Екатеринбургской. На данный момент 67 подвизавшихся в Тамбовском крае клириков, монашествующих и подвижников благочестия, входят в Собор Тамбовских святых.

Среди тамбовцев, осуществлявших свое церковное служение на Урале, встречались яркие личности. Достаточно назвать священномученика РПЦЗ архиепископа Евсевия (Рождественского), священника (впоследствии обновленческого архиепископа) Николая Чижова, протоиерея Екатерининского собора г. Екатеринбурга Романа Новоспасского, преподавателя Камышловского духовного училища Ивана Кузьмича Сахарова, иеромонаха Павла (Муретова), священников Александра Исакова, Гавриила и Стефана Михайловых, Валентина Никольского.

В целом выходцы из Тамбовской епархии и их потомки оставили на Урале и в том числе на территории нынешней Екатеринбургской митрополии весьма заметный след. На протяжении более века они осуществляли в этих краях свое церковное служение, прочно здесь обосновавшись. Наконец, были и такие, кто попал сюда не по своей воле. Уже на пике большевистской антицерковной кампании, в конце 30-х гг. ХХ в., тамбовцы были отправлены в ссылку на Урал и здесь приняли свою мученическую кончину. При этом имена некоторых из них до настоящего времени остаются отображенными только в картотеке Ивдельлага, а в открытых источниках отсутствуют.

Данная статья, подготовленная главным образом на основании документов уральских архивов и дореволюционных публикаций епархиальных ведомостей, стала первой работой на эту тему. Она предназначена для широкого круга лиц, интересующихся историей Екатеринбургской и Тамбовской епархий и Русской Православной Церкви в целом.
The Ekaterinburg eparchy has close historical connections with many dioceses of the Russian Orthodox Church. One of the most significant episodes of this cooperation was the resettlement of clergy from the European part of Russia to the Urals. It took place in the 1830s and was organized by Archbishop Arcadius (Fedorov). Most of the clergymen who changed their place of service at that time came from the Vladimir and Ryazan dioceses. Still, the clergy of the Tambov diocese also occupied a rather visible place in the general mass of immigrants. It should be added that the Tambov clerics repeatedly moved into the territory of the diocese of Ekaterinburg later on. It is interesting that the Russians began to develop Tambov land in the 17th century, which was somewhat later than the Urals. However, the independent Tambov diocese was founded already in 1682 — two centuries before the Ekaterinburg diocese establishment. At present, 67 clerics, monks and devotees of piety who served in the Tambov region belong to the Synaxis of Tambov Saints.

Among the Tambovites who carried out their church ministry in the Urals there were many outstanding personalities. These include martyr of the Russian Orthodox Church Abroad Archbishop Eusebius (Rozhdestvensky), and priest (later Renovationist archbishop) Nikolay Chizhov, archpriest Roman Novospassky of the St. Catherine cathedral of Ekaterinburg, and teacher of Kamyshlov Religious school Ivan Kuzmich Sakharov, as well as hieromonk Pavel (Muretov), priests Alexander Isakov, Gavriil and Stephan Mikhailov, and also Valentin Nikolsky. On the whole, natives of the Tambov diocese and their descendants have left a distinctive mark in the Urals, and in particular within the territory of the present Ekaterinburg metropolis. For over a century, they firmly established themselves and carried out their church ministry in this region. It should be noted there were those who came here against their will. At the height of the Bolshevik anti-clerical campaign, at the end of the 1930s, the Tambovites were sent into exile to the Urals, and here they faced their martyr’s death. At the same time the names of some of them remain displayed only in the Ivdellag prison register, staying unavailable in open sources.

This article, prepared primarily on the basis of documents from the Ural archives and pre-revolutionary publications of the diocesan gazette, is the first work on the topic. It is intended for a wide range of people interested in the history of the Ekaterinburg and Tambov dioceses and the Russian Orthodox Church as a whole.

Ключевые слова (Keywords)

духовенство, Тамбовская епархия, Пермская епархия, Екатеринбургская епархия, Камышловское духовное училище, архиепископ Евсевий (Рождественский), архиепископ Григорий (Яцковский), репрессированные, Ивдельлаг.
Clergy, Tambov diocese, Perm diocese, Ekaterinburg diocese, Kamyshlov religious school, archbishop Evsevy (Rozhdestvensky), archbishop Gregory (Yatskovsky), repressed, Ivdellag.

Читать статью


Диакон А. С. Кругликов
Deacon Alexander S. Kruglikov
К ОРГАНИЗАЦИОННО-ПРАВОВЫМ АСПЕКТАМ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ТОБОЛЬСКОГО ЕПАРХИАЛЬНОГО ПОПЕЧИТЕЛЬСТВА О БЕДНЫХ ДУХОВНОГО ЗВАНИЯ
Organizational and Legal Aspects of the Activities of the Tobolsk Diocesan Trusteeship for the Poor of the Clergy

Аннотация (Abstract)

В статье проводится анализ организационно-правовых аспектов деятельности епархиального попечительства о бедных духовного звания Тобольской епархии в 1823–1914 гг. Рассмотрены предпосылки создания пенсионной системы для священнослужителей и развитие законодательных актов, регламентирующих способы обеспечения заштатных священно-церковнослужителей, их вдов и сирот в XIX — начале XX в. Показано, что в российском законодательстве вопрос о материальном обеспечении заштатного духовенства, их вдов и сирот долгое время практически никак не регламентировался государством, оставляя им лишь возможность самостоятельно обеспечивать себя, занимаясь торговлей или промыслом после увольнения за штат, или надеяться на помощь родственников, что влекло за собой наследование приходских мест и замкнутость сословия. В исследовании освещена история создания Тобольского епархиального попечительства о бедных духовного звания, что удалось сделать за счет ранее неизученного фонда попечительства из Государственного архива в г. Тобольске. Показано функциональное развитие деятельности попечительства, связанного с процессом реализации системы церковной благотворительности в пореформенный период. Проанализировано пополнение и расходование средств попечительства на основании статистических всеподданнейших отчетов обер-прокурора Св. Синода по ведомству православного исповедания и отчетов попечительства о бедных духовного звания, представленных на страницах Тобольских епархиальных ведомостей. Автор приходит к выводу, что попытки епархиального руководства решить вопрос призрения бедных духовного звания и пополнения бюджета попечительства в Тобольской епархии не увенчались успехом, адресная помощь от попечительства, оказываемая социально незащищенным священно-церковнослужителям, их вдовам и сиротам не сыграла решающую роль в материальном обеспечении минимальных потребностей духовенства, хотя смогла несколько облегчить их участь. Актуальность статьи определяется необходимостью дать оценку месту и роли епархиального попечительства о бедных духовного звания Тобольской епархии в условиях функционирования синодальной системы, как элемента церковно-государственных отношений в Российской империи в XIX в.
The article analyzes the institutional and legal aspects of the activities of the diocesan guardianship for the poor of the clerical ranks in the Tobolsk diocese in 1823–1914. The prerequisites for creating a pension system for the clergy, as well as the development of legislative acts regulating the ways to support the retired clergy, their widows and orphans in 19th — early 20th century are considered. The author has shown that Russian legislation for a long time practically did not regulate the material care of the retired clergy, their widows and orphans, leaving them to independently provide for themselves by engaging in trade or profession after the retirement or rely on their relatives, which entailed hereditary parish positions and introversion of the estate. The research covers the history of the Tobolsk diocesan patronage for the poor of clerical ranks, which has been performed at the expense of the previously unstudied fund of the patronage from the State Archives in the town of Tobolsk. The author illustrates functional development of activities of the trusteeship, related to the implementation of church charity in the post-reform period: since 1867 — payments to the clergy, victims of fires; since 1887 — functioning of the emeritial fund for lump sum payments to the retired diocesan clergy, as well as the disposal of orphan property; since 1890 — functioning of the funeral fund. The article analyzes replenishment and spending of funds of the trusteeship on the basis of statistical reports of the Chief Procurator of the Holy Synod on the Department of Orthodoxy and reports of the trusteeship for the poor of clerical ranks published in Tobolsk Diocesan Gazette. The author has concluded that the attempts of diocesan leaders to solve the problem of providing care for the poor clergy and replenishing the budget of the trusteeship in the Tobolsk diocese were unsuccessful, targeted assistance from the trusteeship, provided to the socially vulnerable clergy, their widows and orphans did not play a crucial role in providing the minimum needs of the clergy, although it could somewhat alleviate their plight. Relevance of the article is determined by the need to assess the place and role of the diocesan patronage of the poor of the Tobolsk diocese in the functioning of the synodal system as an element of church-state relations in the Russian Empire in the 19th century.

Ключевые слова (Keywords)

Тобольское епархиальное попечительство о бедных духовного звания, священно-церковнослужители, вдовы, сироты, материальное обеспечение.
Tobolsk eparchial trusteeship for the poor of the clergy, clergymen, widows, orphans, material support.

Читать статью


А. Н. Степанов
Andrey N. Stepanov
МИССИОНЕРСКИЕ ЗАДАЧИ ДИПЛОМАТИЧЕСКИХ ЭКСПЕДИЦИЙ Е. В. ПУТЯТИНА В ВОСТОЧНУЮ АЗИЮ (1852–1858)
Missionary Tasks of E. V. Putyatin’s Diplomatic Expeditions to East Asia (1852–1858)

Аннотация (Abstract)

В статье рассматриваются дипломатические экспедиции в Восточную Азию (1852–1858) в контексте внешней политики России. Ставится вопрос о наличии миссионерских задач у руководителя экспедиции вице-адмирала Е. В. Путятина. Выявлена проблема отсутствия комплексной оценки его деятельности как дипломата и миссионера. При написании статьи использовался анализ делопроизводственной и исследовательской литературы по проблеме, анализировались письма и докладные записки Е. В. Путятина, дневники равноапостольного Николая (Касаткина). Раскрыты взгляды дипломата на прозелитизм, миссионерское образование и свободу вероисповедания. В статье приводятся докладная «записка о действиях генерал-адъютанта графа Путятина в Японии» от 19 марта 1856 г., его письмо к обер-прокурору Святейшего Синода графу Д. А. Толстому 1869 г. и другие документы, раскрывающие религиозную сторону дипломатических переговоров. Использование методов анализа и синтеза позволило автору выявить в дипломатических экспедициях 1852–1858 гг. миссионерскую составляющую, в том числе на примере исследования личного состава первой экспедиции Е. В. Путятина, его религиозного настроя во все время путешествия. Проанализированные статьи Симодского, Эдоского договоров с Японией, а также Тяньцзинского трактата с Китаем аналогично показали наличие миссионерских задач. Отмечена позиция японских властей, отказывавших в праве на свободное исполнение христианского богослужения иностранцами, и позиция Е. В. Путятина, который смог добиться открытия консульства и отстоять права на свободное перемещение по стране и на строительство церквей. Рассмотренные в статье факты и источники, проанализированная литература позволяют сделать выводы об исключительном вкладе вице-адмирала Е. В. Путятина в формирование почвы для будущей миссионерской деятельности Православной Церкви в Восточной Азии.
This article deals with diplomatic expeditions to East Asia (1852–1858) in the context of Russia’s foreign policy. The question is whether the head of the expedition, Vice Admiral E. V. Putyatin, had any missionary tasks. Revealed is the lack of a complex assessment of Putyatin’s activities as a diplomat and missionary. When writing the article the author analyzed paperwork and research literature on the problem, as well as E. V. Putyatin’s letters and memos, and the diaries by Archbishop of Japan Nicholas (Kasatkin) also. The diplomat’s views on proselytism, missionary education and freedom of religion have been revealed. The article cites a memorandum on the actions of Adjutant General Count Putyatin in Japan dated 19 March 1856, his letter of 1869 to Count D. A. Tolstoy, Chief Procurator of the Holy Synod, and other documents, revealing the religious side of diplomatic negotiations. The use of methods of analysis and synthesis enabled the author to identify the missionary component in the diplomatic expeditions of 1852–1858, including a study of the personnel of the first expedition of E. V. Putyatin, and his religious state throughout the entire trip. The analyzed articles of the Shimoda and Edo Treaties with Japan, as well as the Tianjin Treaty with China have shown the presence of missionary tasks. Highlighted is the position of the Japanese authorities denying the right to freely perform Christian worship by foreigners, and that of E. V. Putyatin who was able to secure the opening of a consulate and defend the right to move freely around the country and the right to build churches. The facts and sources considered in the article, and the analyzed literature have led to the conclusion about the exceptional contribution of Vice Admiral E. V. Putyatin towards preparing the ground for the future missionary activity of the Orthodox Church in East Asia.

Ключевые слова (Keywords)

русско-японские отношения, внешняя политика России в Восточной Азии, миссионерство, церковно-государственные отношения, православие, Симодский договор, Эдоский трактат, Тяньцзинский договор.
Russian-Japanese relations, Russian foreign policy in East Asia, Missionary work, Church-state relations, Orthodoxy, the Treaty of Shimoda, the Treaty of Edo, the Treaty of Tianjin.

Читать статью


Священник Н. В. Солодов
Priest Nikolai V. Solodov
ПРОТОИЕРЕЙ ПЕТР ИВАНОВИЧ УСПЕНСКИЙ: АГИОГРАФ, ИНСПЕКТОР «ПЛАКИДА», ОБНОВЛЕНЧЕСКИЙ АРХИЕРЕЙ ОРЛА И ТАМБОВА
Archpriest Petr Ivanovich Uspensky: Hagiographer, Inspector “Plakida”, and Renovationist Bishop of Orel and Tambov

Аннотация (Abstract)

Протоиерей Петр Успенский — преподаватель и многолетний инспектор Вологодской семинарии, член Тамбовской духовной консистории, цензор Тамбовских епархиальных ведомостей, настоятель тамбовских храмов, участник торжественного прославления преподобного Серафима Саровского и один из авторов акафиста ему. В 1930-е гг. он был обновленческим архиереем Орла и Тамбова, а последние дни доживал на покое настоятелем кладбищенской церкви. Для реконструкции жизненного пути и морального облика отца Петра кроме публикаций в дореволюционной периодике нам удалось привлечь воспоминания многолетнего помощника инспектора Вологодской семинарии Никифора Александровича Ильинского, хранящиеся в Вологодском архиве (ГАВО. Ф. Р-5250. Оп. 1. Д. 1–2), послужные списки протоиерея Петра, некоторые другие архивные источники, касающиеся его служебной деятельности, и содержащую ценные фактические данные повесть Илария Григорьевича Шадрина «Бурса», уточняемую дневниковыми записями писателя.

Главная идея нашего исследования — поэтапное воссоздание биографии протоиерея Петра Успенского, нравственный портрет которого проясняется через обстоятельства различных отрезков его жизни: юность, проходившая в тверских духовных школах и в Санкт-Петербургской духовной академии, в братстве сверстников-односельчан; инспекторская деятельность в Вологодской семинарии, которую мы рассматриваем в контексте семинарской педагогики того времени, причем воспоминания воспитателей дополняются свидетельствами семинаристов; служба в Тамбовской консистории и настоятельство в тамбовской Богородичной церкви — здесь приходится довольствоваться официальными донесениями и фрагментарными данными; обновленческое епископство и жизнь на покое проясняются по переписке с Н. А. Ильинским.

Дополнительными результатами исследования стали: установление места Петра Успенского в череде обновленческих архиереев; установление авторства некоторых агиографических сочинений о преподобном Серафиме Саровском, святителе Питириме Тамбовском, Тамбовской иконе Божией Матери, уточнение биографий лиц, упоминающихся в цитируемых источниках.

В приложении публикуются наиболее интересные материалы, которые не могли быть включены в основной текст статьи: зарисовки на педагогические темы времени инспекторства о. Петра Успенского из воспоминаний Н. А. Ильинского; заявление прот. Петра Успенского по поводу исцеления его дочери от мантии свт. Питирима Тамбовского; письма прот. Петра Успенского Н. А. Ильинскому.
Censor of the Tambov Diocesan Bulletin and a member of Tambov Spiritual Consistory, archpriest Petr Uspensky was also a teacher and inspector of the Vologda Seminary, and rector of some Tambov churches, who participated in the solemn glorification of St. Seraphim of Sarov and became one of the authors of his akathist. In the 1930s, he was the Renovationist bishop of Orel and Tambov, and lived out his last days “in retirement” as the cemetery church rector. To reconstruct the life path and moral image of Fr. Petr the author uses publications from pre-revolutionary periodicals, and the memoirs of Nikifor Alexandrovich Ilyinsky, a long-term assistant of inspector of the Vologda Seminary, stored in the Vologda Archive; the record of service of Archpriest Petr, and some other archival sources relating to his official activities, as well as the story of Ilariy Grigorievich Shadrin “Bursa”, specified by the writer’s diary entries and containing valuable factual data. The study aims to gradually reconstruct the biography of Petr Uspensky, whose moral portrait is clarified through various circumstances of his life. These include youth in the Tver theological schools and Saint Petersburg Theological Academy, within the brotherhood of his fellow villagers; and his inspection activities in the Vologda Seminary, which is considered in the context of seminary pedagogy of that time — the memories of teachers are supplemented by seminarians’ testimonies; and also his service in the Tambov consistory and rectorship in the Tambov Mother of God Church (with only official reports and fragmentary data available here); and, finally, his Renovationist episcopacy and life “at rest” clarified through the correspondence with N. A. Ilyinsky.

Additionally, the place of Petr Uspensky among other Renovationist bishops has been established and the authorship of some hagiographic works about St. Seraphim of Sarov, St. Pitirim of Tambov, and the Tambov Icon of the Mother of God, as well as biographies of the persons mentioned in the cited sources have been clarified. The appendix contains the most interesting materials that could not be included into the main text of the article: sketches on pedagogical topics from the memoirs of N. A. Ilyinsky; Petr Uspensky’s statement about the healing of his daughter from the mantle of St. Pitirim of Tambov; and letters of Fr. Petr Uspensky to N. A. Ilyinsky.

Ключевые слова (Keywords)

протоиерей Петр Успенский, Вологодская духовная семинария, обновленчество, Ильгощи, «Бурса», Иларий Григорьевич Шадрин, семинарская педагогика, тамбовская Богородичная церковь, Тамбовская духовная консистория.
Archpriest Petr Uspensky, Vologda Seminary, Renovationism, Ilgoshchi, ‘‘Bursa’’, Ilariy Shadrin, seminary pedagogy, Tambov Mother of God Church, Tambov Consistory.

Читать статью


А. Д. Леонкин
Alexander D. Leonkin
ПЕРВАЯ ПОГРАНИЧНАЯ ЧАСОВНЯ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА
The First Border Chapel of the Far East

Аннотация (Abstract)

В статье рассказывается об участии органов государственной власти Хабаровского края в решении сложных и болезненных геополитических проблем, в данном случае — в вопросе так называемых «спорных территорий» Российской Федерации и Китайской Народной Республики. В материале акцентируется внимание на роли регионального лидера, главы Хабаровского края В. И. Ишаева в выстраивании сложной, многоступенчатой и иногда идущей вразрез с дипломатией системы по отстаиванию российской границы: переговоры о демаркации границы велись на уровне руководства двух государств, но существовал риск возникновения затруднений для жителей края из-за попадания в приграничную полосу части населенных пунктов региона, включая г. Хабаровск. Показано, как через православную веру было обозначено присутствие России в зоне демаркации границы с Китаем задолго до фактической передачи части Большого Уссурийского острова КНР. В частности, речь идет об установлении поклонного креста, а затем о возведении православной часовни святого воина-мученика Виктора, которая в итоге оказалась в двухстах метрах от российско-китайской границы. Руководитель региона сумел мобилизовать силы и средства на возведение 26-метрового храма в рекордные сроки — 5 недель. Несмотря на сжатые временные рамки на проектирование храма-часовни хабаровскими архитекторами А. Е. и А. В. Мамешиными, все расчеты параметров здания оказались настолько выверенными, что во время катастрофического наводнения на Амуре летом-осенью 2013 г. часовня не ушла под воду. В настоящем материале впервые публикуются чертежи и точные параметры первого пограничного православного храма-часовни святого воина-мученика Виктора на Большом Уссурийском острове и воспоминания главного архитектора проекта А. Е. Мамешина.
The article concerns participation of state authorities of the Khabarovsk Territory in complex and painful geopolitical problems, in this case, relating to the so-called “disputed territories” of the Russian Federation and People’s Republic of China. The material focuses on the role of the regional leader, the Head of the Khabarovsk Territory V. I. Ishaev, in building a complex, multi-stage and sometimes contrary to the diplomacy, system for defending the Russian border: negotiations on the demarcation of the border were conducted at level of leaders of the two states, but there was a risk of difficulties for the Khabarovsk Territory residents due to falling the settlements of the region including the city of Khabarovsk into the border strip. The author has shown how the presence of Russia was indicated through the Orthodox symbols in the zone of demarcation line with China long before the actual transfer of a part of the Big Ussurian Island to the PRC. In this case it was the establishment of a worship cross, and then the construction of an Orthodox chapel of the Holy Warrior-martyr Victor, which eventually turned out to be only 200 meters from the Sino-Russian border. The head of the region managed to mobilize forces and funds for the construction of a 26-meter temple in a record time of 5 weeks. Despite the short time-frame for the design of the temple-chapel performed by the Khabarovsk architects A. E. Mameshin and A. V. Mameshina, all calculations of the building parameters turned out to be so well calibrated that during the 2013 Amur flood the chapel did not submerge. For the first time, the drawings and exact parameters of the first frontier Orthodox church-chapel of the Holy Warrior-martyr Victor on the Big Ussurian Island, as well as the memoirs of the chief architect of the project A. E. Mameshin are published in this material.

Ключевые слова (Keywords)

Дальний Восток, Хабаровский край, Китай, часовня, остров Большой Уссурийский, государственная граница, территориальные споры.
Far East, Khabarovsk Krai, China, chapel, Big Ussurian Island, state border, territorial disputes.

Читать статью


РАЗДЕЛ II. ПУБЛИКАЦИИ


П. А. Трибунский
Pavel A. Tribunskii
ПЕРЕПИСКА Г. В. И К. И. ФЛОРОВСКИХ И Е. В. СПЕКТОРСКОГО (1926–1948)
Correspondence of G. V. and K. I. Florovsky with E. V. Spektorsky (1926–1948)

Аннотация (Abstract)

Публикуются сохранившиеся письма из многолетней переписки правоведа Евгения Васильевича Спекторского (1875–1951) и богослова Георгия Васильевича Флоровского (1893–1979), а также супруги последнего Ксении Ивановны Флоровской (1893–1977). Заочно познакомившись в эмиграции в 1922 г., Е. В. Спекторский и Г. В. Флоровский лично встретились только в 1924 г., став на долгие годы близкими друзьями и коллегами по работе на Русском юридическом факультете (Чехословакия) и в Свято-Владимирской православной духовной академии (США). Старший по возрасту Е. В. Спекторский признавал таланты Г. В. Флоровского, находил последнего знатоком философии и теологии, оригинальным мыслителем. Проведшие вдали друг от друга большинство лет эмиграции, Е. В. Спекторский и Г. В. Флоровский сохраняли традицию переписки, которая не всегда была объемна. Публикуемая переписка и привлеченные дополнительные материалы для комментариев позволяют представить деятельность Е. В. Спекторского как своего рода духовного культуртрегера на Балканах и в Восточной Европе перед Второй мировой войной, долгие годы много и плодотворно писавшего и публиковавшего на русском, сербском и словенском языках труды по истории и обрядовой стороне как Русской Православной Церкви, так и христианской религии в целом. Выявленные сочинения Е. В. Спекторского по истории Церкви позволяют поставить вопрос о нем как авторе религиозно-философских трудов, чье творчество пока не становилось предметом изучения. Материалы переписки позволяют также восстановить неизвестные ранее страницы биографии Г. В. Флоровского, такие, как условия его поездки из Праги в Париж для преподавания в Свято-Сергиевском православном богословском институте, поиск нового места службы в Югославии в 1937 г. после окончания «булгаковского дела», пребывание в годы Второй мировой войны в Швейцарии и Югославии. Переписка содержит уникальные сведения о готовившейся Г. В. Флоровским книге о понятии Искупление в богословии, от отцов Церкви до Нового времени включительно.
Here are published surviving letters from the long-term correspondence of jurist Evgeny Vasilyevich Spektorsky (1875–1951) and theologian Georgy Vasilyevich Florovsky (1893–1979), and his wife, Ksenia Ivanovna Florovskaya (1893–1977). Having met in absentia in emigration in 1922, E. Spektorsky and G. Florovsky had their first meeting in person only in 1924, thus becoming close friends for many years, as well as colleagues at the Russian Law Faculty (Czechoslovakia) and at the St. Vladimir Orthodox Theological Academy (USA). Elder in age, Spektorsky recognized Florovsky’s talents, found the latter an expert of philosophy and theology, and original thinker. Spektorsky and Florovsky spent most of the years of emigration away from each other, maintaining a tradition of correspondence, which was not always voluminous. Correspondence, as well as additional materials for comments, allow to present the activities of E. V. Spektorsky as a kind of spiritual kulturtrager in the Balkans and Eastern Europe before the World War II, who for many years wrote and published works in Russian, Serbian and Slovenian on the history and ritual side of both the Russian Orthodox Church and the Christian religion as a whole. The revealed writings of Spektorsky on the history of the Church allow raising the question of him as the author of religious and philosophical works, whose oeuvre has not yet become the subject of study. The correspondence also makes it possible to restore previously unknown pages of G. V. Florovsky’s biography, such as the conditions of his trip from Prague to Paris to teach at St. Sergius Orthodox Theological Institute, the search for a new place of service in Yugoslavia in 1937 after the end of “Bulgakov Case”, and his stay during the Second World War in Switzerland and Yugoslavia. The correspondence contains unique information about the book prepared by Georgy Florovsky on the concept of Redemption in theology, from the Fathers of the Church to the Modern Times inclusive.

Ключевые слова (Keywords)

Е. В. Спекторский, протоиерей Г. В. Флоровский, К. И. Флоровская, протоиерей С. Булгаков, Русский юридический факультет, Свято-Сергиевский православный богословский институт, Белградский университет, Люблянский университет, Первая русско-сербская гимназия, Свято-Владимирская православная духовная семинария, Свято-Владимирская православная духовная академия, богословское образование, экуменизм, религиозная философия, русская философия в эмиграции.
E. V. Spektorsky, Archpriest G. V. Florovsky, K. I. Florovskaya, Archpriest S. Bulgakov, Russian Law Faculty, St. Sergius Orthodox Theological Institute, Belgrade University, Ljubljana University, First Russian-Serbian Gymnasium, St. Vladimir Orthodox Theological Seminary, St. Vladimir Orthodox Theological Academy, theological education, ecumenism, religious philosophy, Russian philosophy in emigration.

Читать статью


РАЗДЕЛ III. ПЕРСОНАЛИИ


Н. А. Мудрова, Д. А. Редин
Natalia A. Mudrova, Dmitry A. Redin
К 60-ЛЕТИЮ АНДРЕЯ ВАЛЕНТИНОВИЧА ПОЛЕТАЕВА
To the 60th Anniversary of Andrey Valentinovich Poletaev

Аннотация (Abstract)

Юбилейный материал посвящен известному историку, сотруднику библиотеки Екатеринбургской духовной семинарии и постоянному автору журнала «Вестник Екатеринбургской духовной семинарии». В статье дается биография ученого и описываются его исследовательские интересы. В завершение материала приводится библиография работ А. В. Полетаева, написанных в 1987–2022 гг.
The anniversary material is dedicated to a well-known historian, an employee of the library of the Ekaterinburg Theological Seminary and a regular author of the journal “Bulletin of the Ekaterinburg Theological Seminary”. The article provides a biography of the scientist and describes his research interests. At the end of the material, a bibliography of A. V. Poletaev’s works written in 1987–2022 is given.

Ключевые слова (Keywords)

А. В. Полетаев, биографика, книжность, источниковедение, археография, историк.
A. V. Poletaev, biography, bookishness, source studies, archeography, historian.

Читать статью